Нити прошлого всегда с нами
- Четверг, 2 февраля 2017, 15:14
- Край родной
- Нет комментариев
Степан и Дарья.
Начало жизненного пути
Супруги Тургеневы
Каждый раз, читая в газете заметки о Прямухине, в душе возникает щемящее чувство о том уголке, где жили мои родные люди, мои предки.
В начале апреля 2016 года мне в очередной раз довелось побывать в этих памятных местах. Была ранняя весна, повсюду талая вода, еще не одевшиеся в привычный наряд деревья, но необыкновенная прямухинская гармония ощущалась повсюду… Вот остатки бакунинского дома – двухэтажный флигель, колонны, стареющие от времени, пробивающаяся зелень весенних цветов, шорох ветра в кронах вековых деревьев, знакомая лужайка, где поднимается к небу молодой дуб… 50 лет назад (как быстро летит время!) я закончила Прямухинскую школу. В моей памяти еще живет тот старый дуб, который медленно погибал, ствол его был стянут железными обручами, но жизнь все равно из него уходила…
В двух километрах от Прямухина, в деревне Далекуши, жила многодетная семья обычного крестьянина Ильи Егорова. В семье росли шестеро сыновей: Егор, Никита, Степан, Александр, Василий, Иван. Моя родословная идет от Степана. Родился он в 1870 году, и с раннего детства, как и его братья, умел делать всю крестьянскую работу.
В имении Бакуниных с 1864 года работала начальная школа. Когда Степану исполнилось десять лет, он уговорил отца отдать его учиться. В холщевой рубашке, в лапотках, с сумкой через плечо, он не шел, он бежал на уроки. Помните, как раньше давали фамилии детям? По имени отца. Но Степана в классном журнале учитель записал «Тургенев» — за его прилежание в учебе, грамотность и чистоту речи. Именно Иван Сергеевич Тургенев считался тогда одним из пропагандистов правильной русской речи. Эту фамилию стали носить все братья.
Однажды увидел Степан в Прямухине девочку с печальными серыми глазами и шикарной русой косой. Чужая, не из местных, жила она в семье Бакуниных. Кто она? Как оказалась здесь?
Девочку звали Дашей. Попала она сюда в двенадцатилетнем возрасте откуда-то из-под Торжка. Была одним из восьми детей Филиппа Горяева. Глава семьи слыл деспотом, часто находясь в хмельном угаре, оскорблял и избивал жену и детей. Жить было очень тяжело, и Даша – как самая старшая – пошла по деревням просить милостыню. Крестьянки жалели ее, помогали, чем могли. Все собранное девочка несла домой. Со смертью отца – а он однажды заснул и не проснулся – легче не стало. Хоть, как говорится, и пришло избавление от боли и страха, но достатка-то в семье не прибавилось.
Идущую в очередной раз «по миру» девочку догнала карета. Елизавета Александровна Бакунина, а это она ехала в свое имение, пожалела сироту и решила взять ее к себе в прислуги. Это был единственный за многовековую историю семьи Бакуниных случай, когда среди обслуживающего персонала оказался «пришлый» человек. Даша – Дарья Филипповна Горяева – моя бабушка.
В «людях»
В рубашке с чужого плеча, босая, появилась девочка в поместье. Ее отмыли, одели в чистую одежду и отправили на кухню. Целый год она чистила картошку, мыла посуду, полы. Усердие новой служанки не осталось незамеченным, и ее перевели на женскую половину дома. Так Дарья стала горничной. Ее научили читать, писать, она овладела хорошими манерами. Но нет-нет, да и устраивали девушке проверки на честность: порой в самых неподходящих местах находила она монетки, как будто случайно оброненные хозяйкой. Ни одной не присвоила Дарья, заслужив тем самым полное доверие домашних.
Поместье Бакуниных в начале 20-го века слыло довольно прогрессивным: в нем ежедневно что-то происходило. Здесь постоянно жили какие-то старые женщины – приживалки, видимо, из разорившихся помещиц. Одна из них особенно запомнилась Дарье. Она очень хорошо говорила по-немецки, особенно ругалась. «Влево! Влево!» или «Вправо! Вправо!» – кричала она каждому, кто попадался на ее пути. «Дарьица, какая сегодня погода?» — по нескольку раз в день спрашивала она у горничной. Несколько раз девушка отвечала вежливо, но порой, бывало, вспылит да скажет, что на улице вместо яркого солнца идет дождь. «Дура! – закричит на нее старуха, – что ты врешь?» – «А коли видите, зачем спрашиваете?» – невозмутимо отвечала Дарья.
Хорошие отношения сложились у Дарьи и с членами семьи. Она часто гуляла с детьми хозяев, Бакунины, выезжая на отдых в Крым, брали ее с собой. Поездки на юг также надолго отложились в памяти девушки. Она часто потом рассказывала своим детям легенды о том, что деревушка Горная Щель, где они бывали, после землетрясения провалилась под землю, и оттуда иногда доносился звон колокола местной колокольни.
Муж да жена
Несколько лет Степан Тургенев наблюдал за девушкой. С каждой встречей она нравилась ему все больше и больше. Наконец он решил посвататься. Боязно было идти в господский дом с таким предложением, но юноша все же отважился. К его великой радости Бакунины дали согласие на этот брак. Помня прошлое девушки и учитывая ее поведение в их доме, хозяева одарили Дарью приличным приданым. С детства помню – в нашем доме были детские платьица, чепчики, осталась от бабушки большая кружевная накидка, белое пикейное одеяло, много старинной посуды. До настоящего времени сохранился особый подарок – швейная машинка «Зингер».
Брак Дарьи и Степана стал счастливым. Они венчались, в семье царила любовь, дом – полная чаша. Со временем появились дети: Аркадий, Сергей, Надежда (умерла в возрасте шести лет), Лидия. Порядочная, чистоплотная и немногословная Дарья очень ответственно относилась к воспитанию детей, они тоже старались не огорчать родителей, уважали их. Чтобы обеспечить семью, Степан много работал. В то время он служил провизором в Прямухинской аптеке. Даже не имея специального медицинского образования, с работой справлялся хорошо. Позже Тургеневы переехали в село Каменное, и глава семьи стал трудиться в буфете Народного дома. Сколько здесь было возможности общения с интересными людьми! Артисты, писатели, танцоры – кто только не приезжал в то время сюда! Степан слыл внимательным слушателем, интересным собеседником.
К сожалению, не так долго, как хотелось бы, длилось семейное счастье Тургеневых. Когда дочери Лидии исполнилось 14 лет, Дарья Филипповна заболела гриппом. Оправиться после него не смогла и умерла. Это случилось в 1928 году, было ей всего 54 года.
Сельский интеллигент
В народе говорят, что с горем справиться легче, когда тебя окружает родная обстановка. Вот и Степан Ильич через несколько лет после смерти любимой супруги вернулся в свою родную деревню Далекуши. Своими руками построил дом с большими – на городской манер – окнами, тремя светлыми комнатами, в которых двери открывались надвое. Вокруг дома он насадил разнообразных растений. В книге А.Д. Баранцева «Прямухинская гармония» написано: «…Состоялся визит в деревню Далекуши к Степану Ильичу Тургеневу. Это местный крестьянин, большой любитель книг, искусства. Его одежда (шляпа, легкая кожаная куртка), городская речь и обходительные манеры интересовали школьников. Он, видимо, гордился тем, что многие принимали его за агронома, писателя, в разговоре он свободно пользовался иностранными словами и книжными оборотами. Очень интересно он рассказывал об участии местных жителей в революционном движении 1905 года. Домик этого сельского интеллигента – чистенький, приветливый, как его хозяин. В палисаднике растут кусты жасмина. С.И. Тургенев сообщил, что многие растения, погибающие в Прямухинском парке, он удачно культивировал у себя в деревне…»
Я поведала историю близких мне людей. Их прах покоится на местном кладбище. Эти нити – нити прошлого – навечно связали нас, ныне живущих, не только с родными и близкими, но и землей, имя которой – малая Родина.
Татьяна Лебедева
