В ГОСТЯХ У МАРИИ ЕГОРОВНЫ

В деревню Кунилово Борковского сельского поселения мы поехали по просьбе и вместе с заведующей Борковской библиотекой Натальей Юрьевной Морозовой. Мы ехали в гости к Марии Егоровне Ежовой, единственной в поселении участнице Великой Отечественной войны.

Мария Егоровна Ежова, участница Великой Отечественной войныДорога к деревне оказалась довольно сложной, и, если бы не утренний морозец, проехать туда на легковой машине было бы, наверное, затруднительно. В пути Наталья Юрьевна немного рассказала нам о деревне и ее жителях:
— Изначально деревня стояла значительно ниже, на самом берегу Осуги. Но из-за того, что во время половодья ее сильно затопляло, дома были перенесены повыше, на горку. Людей здесь живет немного, зимой — человек шесть. Летом, конечно же, деревня оживает, появляются дачники. Те же, кто проживает здесь постоянно, живут дружно, как одна семья. Если, не дай Бог, кто-то занемог, его никогда не оставят без внимания, будут навещать и помогать независимо от того, родственник это или нет. Дачники, которые сюда приезжают, тоже на какой-то период времени становятся местными жителями, они активно участвуют и в решении бытовых проблем, и в организации досуга…
Оставив машину на въезде в деревню, мы пошли к дому Марии Егоровны. Оглядевшись по сторонам, я отметила, что Кунилово – довольно-таки большая деревня. Окна многих домов заколочены, но они не заброшены, а «упакованы» рачительными хозяевами на зиму. Без сомнения, наступит время, когда эти окна распахнутся, и сквозь них будут слышны и детские голоса, и веселая музыка, и наверняка просочится запах свежеиспеченных пирогов.
Внешним видом Мария Егоровна напомнила мне такую, знаете, бабушку из детских сказок. Небольшого роста, с зачесанными назад седыми волосами и доброй-доброй, располагающей к себе улыбкой. Хоть мы и пришли к ней без предупреждения, было видно, что рада она нам искренне.
Сын Марии Егоровны Виктор пошел греть для нас чай, а мы приступили к разговору.
— Когда началась война, мне было 16 лет, — начала рассказ М. Е. Ежова. – жили мы в деревне Спасская Власовка Азановского сельсовета Молодотудского района (потом он вошел в состав Оленинского – ред.). Мужиков и парней стали забирать в армию, моего отца, его звали Георгий Алексеевич Гуков, в том числе. На двух лошадях – одной управляла я, другой – мой односельчанин дядя Степан, мы повезли их на сборный пункт, что находился во Ржеве. Привезли, высадили, да тронулись в обратный путь: дело было уже к вечеру.
Хоть и говорят, что «лошадь домой быстрей бежит», та, которой правила Маша, отстала от лошади дяди Степана. А ехать предстояло через лес, в котором, надо отметить, было отнюдь не спокойно: война уже вовсю шагала по калининской земле, и в лесах можно было встретить кого угодно – от партизан до дезертиров и шпионов. Очень страшно было шестнадцатилетней девчонке. Вдруг догоняет ее повозку верховой. «Откуда едешь?» — спросил у девушки военный. Она ответила, что возила односельчан для отправки на фронт, а теперь едет домой. Видимо, уловил в ее голосе «нотки» страха, солдат все 8 километров лесной дороги проехал рядом. В разговоре он упомянул, что едет в Молодой Туд со срочным заданием, поэтому проводит ее только через лес. Перед расставанием он вдруг спросил: «Слушай, а ты не Тонькина сестра?» «Тонькина», — растерялась Мария. «Передавай ей привет!» — весело сказал парень и ускакал.
— Тонька – это моя сестра, — поясняет Мария Егоровна. – Ее мужа Петра забрали в армию, а она с двумя детьми жила с нами. Я до сих пор не могу себе простить, что не спросила его, чей он? От кого привет-то передавать?
От Молодого Туда до дома было еще 25 км. Мария остановилась на ночь у знакомых, там же ночевали еще несколько человек – те, кто также, как и она, возили на сборный пункт призывников. Утром потихоньку отправилась домой, днем ехать было нестрашно.
В деревне Спасская Власовка немцев не было, они жили примерно в 5 км от нее. Но туда все же наведывались. Предупреждали, чтобы уходили, здесь им жить все равно не дадут. Но как уйдешь от своего дома, от хозяйства? Люди жили надеждой…
— Помню, зашел к нам в дом один немец, — вспоминает М. Е. Ежова, — подошел к люльке, где лежал Серега, Тонин сын, и долго-долго так на него смотрел. В углу комнаты, под иконами, у нас стоял цветок – фикус. Повернулся немец – то ли к иконам, то ли к фикусу, и забормотал: «Как мой, как мой…» А потом пришли, сволочи, и сожгли нас…
Деревню сожгли почти полностью. Уцелел только один дом. Жители ушли в лес.
— Тониных детей – мальчика и девочку – мы несли на руках, — продолжает вспоминать Зоя Егоровна. – Ночевали прямо на земле, у костра. Среди нас была женщина, которая только-только родила. Питались тем, что успели прихватить из дома. Мы привели в лес свою корову… Вместе с домом у нас сгорели два поросенка и собака…
Когда немцев прогнали, люди стали возвращаться из леса. Кто-то ушел к родственникам в уцелевшие деревни, а кому идти было некуда, вернулись в тот единственный дом, который уцелел при пожаре. Это был дом дяди Степана. Он был разделен коридором на две половины, в них и разместились, как смогли. На дворе уже стояла зима, и все трудоспособные жители принимали участие в расчистке дорог для армии. Однажды, придя с работы, увидела Мария в окно, что недалеко от «деревни» (один дом — деревня ли это?), на горке, «копошится» какой-то человек. Через какое-то время он подошел к дому, зашел внутрь. Одет незнакомец был в форму русского солдата. Он ничего не говорил, только смотрел по сторонам. Мария, позвав с собой подружку Женю, тихонько выскользнула на улицу. Девушки быстро запрягли лошадь и поехали в соседнюю деревню, где стояла воинская часть. Так как работали они на дороге бок о бок с солдатами этой части, там их хорошо знали, поэтому быстро проводили к начальству. Один из офицеров, выслушав девушек, поехал с ними в деревню. Подъехав к дому, велел лошадь не распрягать, а зайти в дом и встать где-нибудь в сторонке, чтобы не попадаться на глаза незнакомцу. Они так и сделали.
— Офицер зашел, громко хлопнув дверью, — продолжает рассказ М.Е. Ежова. – Все оглянулись, а он, словно проверяющий, говорит: «Мне сказали, что на дороге работать некому, а тут вон сколько народа. Быстро одеваемся и на работу!» Мы все разом заговорили, куда, мол, на ночь глядя, хотя все прекрасно поняли, почему в доме появился офицер. «А это что за солдат? – грозно спросил военный. – А ну-ка, предъявите документы!» Ох, и искал он эти документы! Хлопал-хлопал себя по карманам, нашел какую-то бумажку. Военный посмотрел, подозвал нас с Женей: «Запрягайте лошадь и везите нас!» — приказал. А мы и не распрягали. Поехали опять в соседнюю деревню. Туда-то ладно, не одни, а вот обратно… Ну, ничего, лошадь была хорошая, доехали.
Через три дня из воинской части прибыл посыльный и объявил девушкам благодарность: «солдат» оказался шпионом.
— Кто его знает, что он мог с нами сделать, — вздыхает Мария Егоровна. – Поджег бы и ушел…
Георгий Алексеевич Гуков, отец Марии, служил поваром в 17 км от Спасской Власовки. Мария не раз ходила его проведать. Когда людей из единственно уцелевшего деревенского дома стали эвакуировать, он прислал за семьей машину и перевез поближе к себе – в деревню Самушкино Селижаровского района.
— Чтобы выжить, надо было работать, — продолжаем мы беседу. – И папа устроил меня к себе на кухню. Сначала я посуду мыла, потом стала еду летчикам разносить. А когда летный полк стали перебазировать, отец позвал меня с собой.
Летную часть перебазировали на Курский аэродром. Там пришлось кормить не одну, а несколько летных частей.
— Очень тяжело было физически, — говорит Мария Егоровна. – Приготовишь на одно количество летчиков, а прилетят еще. Приходилось дополнительно ездить за продуктами. А ездили в основном ночью. Помню, едем раз, уже груженые – целая колонна. Подъезжаем к аэродрому, а немец над ним «свечек» навешал – хоть иголки собирай! Пришлось прятать машины в кустарнике. В ту ночь бомбы на наш аэродром не попали, но и наши самолеты не взлетели.
— На войне, конечно, многое случается. Никогда не забуду нашего сбитого летчика, — с болью в голосе говорит Мария Егоровна. – Самолет упал недалеко от нас. Из кабины вытащили пилота, а у него… от пальцев ног до пояса – одно мясо, красное такое… Он живой еще был… Не знаю его дальнейшей судьбы – увезли в госпиталь.
Победу Мария Гукова встретила в Германии. По радио передали сообщение о капитуляции.
— Что тут началось! – не сдерживая эмоций, вспоминает она. – Кто плакал, кто плясал.
Война закончилась. Кого только она не сводила-разводила. Вот и Мария встретила, казалось бы, свою настоящую любовь. Александр, как тогда называли, был «младшим специалистом» в их части. Нет, тайных свиданий не было, но были же, наверное, какие-то знаки внимания с его стороны. Забегая вперед, скажу, что Мария Егоровна сейчас даже фамилии этого человека не помнит. Но тогда… Тогда была любовь…
Александр официально попросил руки дочери у Георгия Алексеевича, он дал свое согласие. И уехала Мария с мужем  на его родину – на Украину.
Шел 1946 год. В марте у молодых супругов родилась дочь Людмила. Вся в заботах о ней и о доме, не сразу обратила внимание Мария на то, что стал молодой муж и отец пропадать где-то. То в «командировку» уедет, то сестру навестить, что в ближайшей деревне жила… А после войны-то как мужчин не хватало… Вобщем, погуливать стал Александр. За стенкой квартиры, где ютились молодые супруги, жила пожилая чета. В отличии от Марии они видели все перемены, происходящие с Александром. «Дочушка, — говорила соседка, — это не жизнь, раз он загулял». Жалели они ее.
И все же настал тот день, когда Мария, взяв месячную дочку, села на поезд, идущий в Москву. Провожали ее те же заботливые соседи, которые, кстати сказать, и билет оплатили.
В Москве молодую женщину встретили так, как встречали всех возвращающихся с фронта: с почетом и уважением. Ей была оказана всяческая помощь в том, чтобы она скорее добралась до дома. А дома… Дома были несказанно рады, что она вернулась!
Второй раз Мария вышла замуж в 1950 году. С Иваном Ежовым она была знакома с детства – в одной деревне росли. После ее возвращения с Украины он то и дело оказывал ей знаки внимания. «Вань, ну что ты ко мне пристаешь, — говорила ему Мария, — у меня же дочь!» — «Дочь – не помеха», — отвечал он. Да и родители, как потом оказалось, тоже были не прочь поженить своих детей.
— Так и прожили мы с Ваней сорок лет, — говорит Мария Егоровна. – Ни разу он не упрекнул меня, что с дочкой взял.
Еще троих детей родила мужу Мария. Иван Сергеевич Ежов был отличным строителем. Его приглашали на работу куда только можно! Работал по-плотницки в Далекушах нашего района, строил гаражи в Прямухине. Тут-то и заметил его тогдашний председатель колхоза Василий Иванович.
— Мне Ваня частенько говорил: «Давай переедем сюда». Я все сомневалась. А однажды, навещая мужа в Прямухине, зашла в магазин. Там вдруг встретила Василия Ивановича. Он предложил довезти до дома, а по дороге уговорил заехать и написать заявление о вступлении в колхоз, — улыбаясь, вспоминает Мария Егоровна. – Ну, а раз вступили в колхоз, значит, и переезжать сюда надо.
Переехали в деревню Кунилово. Первое время жили на квартире, потом купили сруб дома. Чтобы его достроить, колхоз выделил лес. Заготавливать его надо было самим.
— Переехав сюда, я работала на скотном дворе. Ухаживала за овцами, телятами, была бригадиром. Помню, едем мы с Ваней в лес – пурга ужасная, а навстречу Василий Иванович. «Иван Сергеевич, — говорит он, — куда ж ты едешь? Погода-то какая… Мария и так устает, а ты ее – в лес». «Но дом-то строить надо», — отвечает Ваня. Вот так и построили.
Со временем перевезли в Кунилово и родителей. Георгий Алексеевич и Прасковья Васильевна помогали поднимать, воспитывать детей. Конечно, приходилось Ивану Сергеевичу и Марии Егоровне содержать не только свой дом, но и дом родителей, что приобрели для них по соседству. Да, нелегко, наверное, было, но этим они показали хороший пример своим детям, которые сейчас в полной мере понимают, как надо относиться к родителям.
— Я богата до неприличия, — смеется Мария Егоровна, — у меня четверо детей, шесть внуков, девять правнуков и одна праправнучка. Это ли не богатство?
Да и правда что. Что может быть дороже? Разве что награды – медали за доблесть и отвагу, проявленные в годы Великой Отечественной войны, «За победу над Германией», нагрудный знак «Фронтовик», множественные юбилейные медали и медаль «Ветеран труда».
— Нет, — не согласна со мной Мария Егоровна, — мое главное богатство — любовь и забота близких.
И словно в подтверждении этих слов у Марии Егоровны зазвонил телефон. «Мама, как ты? Как сегодня себя чувствуешь? – донеслось из трубки. Это сноха Зоя в очередной раз предупреждает, что, независимо от погоды, дороги и еще чего-то, собирается ее навестить. – Что тебе привезти, чем порадовать?» «Да все хорошо, ничего не надо, просто приезжайте», — отвечает она.
Попив чаю и поблагодарив Марию Егоровну и Виктора, мы уезжаем. Для нашей «лошади» путь в обратную сторону и впрямь показался короче. Наверное, впечатление от встречи повлияло. Спасибо вам за нее, Мария Егоровна. Здоровья вам еще на долгие годы!

С. ГЕРБСТ.

Оставить комментарий или два

Главные новости сегодня

УЧРЕДИТЕЛИ РЕДАКЦИИ: администрация Тверской области, администрация Кувшиновского района, Верхневолжская ассоциация периодической печати Тверской области.
УЧРЕДИТЕЛИ ГАЗЕТЫ: администрация Кувшиновского района и редакция газеты "Знамя".
Газета зарегистрирована в Управлении федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и средств массовой коммуникации Тверской области. Регистрация ПИ №ТУ-69-00176.
Главный редактор - Чистякова А. Е.
Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.
© 2011-2021 АНО "Редакция газеты «Знамя»" . Все права защищены.
АДРЕС ИЗДАТЕЛЯ И РЕДАКЦИИ: 172110, город Кувшиново Тверской области, ул. Октябрьская, д. 28.
Контактный телефон: +7(48257)4-43-88(факс).
Электронная почта
Исключительные права на материалы, размещённые на интернет-сайте kuvznama.ru, в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране результатов интеллектуальной деятельности принадлежат АНО "Редакция газеты «Знамя»", и не подлежат использованию другими лицами в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.
По вопросам приобретения авторских прав обращайтесь через форму обратной связи.
Scroll Up