НАГРАЖДЕННАЯ СКРОМНОЙ СУДЬБОЮ
- Понедельник, 14 мая 2012, 13:39
- Люди
- Нет комментариев
Старшее поколение… Люди, пережившие Великую Отечественную, сумевшие поднять из руин не только свои города и села, но и всю страну – огромный, необъятный Советский Союз. Люди, пережившие годы застоя и глобальных перемен, когда этот самый Союз распался, и на его обломках родилась новая Россия. Люди, которых среди нас становится все меньше и меньше, а нам они нужны все больше и больше…
Своему знакомству с Марией Петровной Жеребцовой я обязана другой женщине — библиотекарю Могилевской библиотеки Тамаре Георгиевне Ерофеевой. Кому же как ни библиотекарю знать, какие люди живут на селе. Тем более, что наша сегодняшняя героиня – в прошлом учительница. Заметьте, дорогие читатели, я не говорю «бывшая» учительница, ибо, как известно, бывших учителей не бывает.
Судьба родителей Марии Петровны складывалась непросто. Имея в свое время крепкое хозяйство, Федосья Спиридоновна и Петр Максимович Максимовы никак не думали, что их сочтут кулаками и подвергнут репрессиям. Отец, кавалер двух Георгиевских крестов, был сослан на Соловецкие острова. К счастью, это испытание он выдержал и, вернувшись обратно в деревню Хотеново Удомельского района, стал, как и все, работать в колхозе. Причем трудиться ему пришлось на своей собственной маслобойке, отнятой у него при раскулачивании.
Мария была в семье поздним, восьмым по счету ребенком. Ужасы коллективизации и последующих с ней событий ее почти не коснулись, но вот поработать в колхозе ей довелось сполна.
Как только началась Великая Отечественная война, а Маше тогда было всего семь лет, всех взрослых мужчин призвали на фронт. В колхозе работали только женщины и дети. Даже такие маленькие, как Мария. «Пропалывали поля, таскали лен, — вспоминает М. П. Жеребцова. – Бывает, ляжешь спать, а руки так ноют, что не заснуть. Навоз возили на поля, разбивали его там…» Это только в колхозе, а ведь дома было еще и хозяйство. Война до Хотенова не дошла, скот из деревни не угоняли, так что ходить было за кем. Правда, продукцию с подворья почти полностью приходилось сдавать государству, так что поголодать пришлось и семье Максимовых. И еще в воспоминаниях о военном времени сохранился у Марии Петровны вид заклеенных крест-накрест окон.
Вскоре комиссовали с фронта отца, и он снова стал отжимать на маслобойке льняное масло. «Нам стало немного полегче, — рассказывает М. П. Жеребцова. – Мама добавляла в хлеб жмых, остававшийся после отжима».
Несмотря на военное время, школу в деревне не закрывали, так что со временем Мария успешно окончила семилетку и перешла в среднюю школу, которая находилась в 20 км от дома, на станции Мста. Жила девушка на квартире, домой приходила только на выходные – за продуктами. «Бывало, нужно было в субботу остаться в школе – мероприятие какое-нибудь намечено, тогда приходилось в воскресенье топать домой и обратно», — продолжает рассказ Мария Петровна.
Училась девушка неплохо, похвальные грамоты получала. Да и желание учиться было огромным: оставаться работать в колхозе за трудодни не хотелось, хоть отец и настаивал на этом. После окончания школы Мария поступила в Вышневолоцкий учительский институт на физико-математический факультет.
Студенческая жизнь захлестнула с головой. Жили в общежитии, восемь человек в комнате. Вечерами, когда выдавалось свободное время, ходили в театр. «Одежду собирали по подружкам, — с улыбкой вспоминает Мария Петровна, — а деньги на билет выкраивали со стипендий».
После института – распределение в Читинскую область. Там Мария вскоре вышла замуж. «Был у меня парень, — рассказывает она. – Он служил в армии, я его ждала, он демобилизовался, уехал в Ленинград и женился там. А мне писал, что сделал это ради нас, мол, когда разведется, у него будет там жилплощадь. Я очень расстроилась и решила, что тоже выйду замуж за первого встречного. А Павел Жеребцов оказался таким настойчивым! Так ухаживал, что отказать невозможно было!»
Через некоторое время молодые переехали на станцию Кука. Там был санаторий, где жили дети, больные туберкулезом костей. «Мы прямо на кроватях возили их из палат в классы, — рассказывает М. П. Жеребцова. – Конечно, работа не легкая, но нам доплачивали по 25 процентов. Да и своя комната при санатории – все же лучше, чем съемная квартира».
Отработав положенные три года, вернулась Мария Петровна в родительский дом. Там родилась дочь Люба, потом появился сын Сергей. Работу по специальности женщине сразу найти не удалось, пришлось несколько месяцев работать в магазине. Позже освободилось место в школе, где Мария когда-то училась сама. Почти два десятка лет отработала она в ней.
Муж Павел работал в колхозе механизатором. Нрава он был беспокойного, любил, как говорится, настоять на своем. За что однажды и поплатился: его осудили на год за мелкое хулиганство (с начальством поругался). Наказание отбывал в колонии-поселении, работал на стройках в Кувшинове.
Мария приехала проведать мужа, а он уже поговорил о ней с заведующим роно М. И. Сканчовым. Ей предложили работу в двух школах на выбор: Красный Городок и Могилевка. «Я выбрала Могилевку исключительно потому, что это возле дороги», — объясняет М. П. Жеребцова. И вот так, с 1976 года живет она на кувшиновской земле.
— Мария Петровна наша – человек очень открытый, тактичный, — дополняет рассказ Т. Г. Ерофеева. – Она никому никогда не делала пакостей, она доброжелательна, справедлива во всем, всегда занимает активную жизненную позицию, за это ее все любят и уважают.
С. СВЕТЛОВА.
